Разбитые мечты

        Арина родилась и выросла в семье, где нежность и тепло родителей казались ей лишь далекими сказочными грёзами.

    Она была маленькой девочкой, когда судьба жестоко забрала обоих родителей, оставив сироту на попечительство доброй бабушки.

    Несмотря на всю любовь старушки, малышке отчаянно не хватало той особой, безусловной любви матери, способной согреть сердце теплом и заботой даже на расстоянии.

    Бабушкина любовь была сильна, но она была несколько иного характера, менее импульсивна и менее эмоциональна.

    Годы шли, а маленькая душа Арины продолжала ждать ощущения настоящей душевной близости, понимания и заботы, которой так остро не хватало ребенку. Но мечты о такой искренней любви оставались несбыточными грезами, оставляя в сердце девочки глубокую рану вечной недолюбленности.

Кроме всего прочего, бабушка Арины не имела достаточно денег, чтобы обеспечить девочку так, как обеспечивали своих детей родители, дети которых росли в полных семьях.

В тихие вечера, когда солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в золотисто-розовые оттенки, еще будучи подростком, Арина погружалась в мир своих мечтаний. 

Испытание, которое перевернуло жизнь

     Ольга задумчиво сидела в тихом уголке своей скромной квартиры, за чашкой остывшего чая...  Она смотрела в окно, за которым шелестели листья деревьев, но мысли ее были далеко от этой мирной картины за окном.

Ее лицо, обычно светлое и приветливое, сегодня было омрачено глубокой задумчивостью. 

Около часа назад она вернулась из храма, после воскресной Литургии.

Ольга была верующей с детства. Воспитанная в православной семье, она с ранних лет привыкла к традициям и ритуалам, которые казались ей естественными и важными. Но, в последнее время, по ее мнению,  в храме что-то изменилось. 

Болезнь оказалась сильнее

     Анна Ивановна (имя изменено) рано осталась без матери. Мать умерла от рака в тридцать девять лет, оставив её совсем юной. Девушка навсегда запечатлила в своей памяти тёплые руки, ласковый голос, нежный материнский взгляд.... Боль утраты осталась с ней навсегда, как незаживающая рана.

Прошли годы. Анна Ивановна вышла замуж за доброго и заботливого человека. Вскоре у них родилась дочь, которую назвали Дарьей. Девочка  росла весёлой и жизнерадостной, и Анна Ивановна, глядя на неё, чувствовала, как её сердце наполняется любовью и надеждой, что теперь, когда у неё есть своя семья, она сможет преодолеть боль прошлого.

Дочь Анны, повзрослев, вышла замуж, родила сына. Анна Ивановна была на седьмом небе от счастья. Она представляла, как будет нянчить маленького внука, как будет учить его всему, что знает сама. Ей казалось, что судьба, наконец повернулась к ней благосклонно...

Женская судьба непростая

     Это - история рода одной  женщины - Нины Павловны, которая родилась ещё в послевоенное время, выросла в простой деревенской семье с родителями-тружениками, воспитала дочь и двоих сыновей  одна, потому что муж рано ушёл из жизни.

Каждый вечер женщина садилась у окна своего маленького домика, смотрела вдаль и думала о жизни. 

Первые годы материнства были наполнены заботами, тревогами и усталостью.

Когда дети были маленькими, она переживала не только за их здоровье, но и за то, смогут ли вырасти крепкими и здоровыми. 

Каждая новая ступень жизни приносила радость и трудности одновременно. Радость первых шагов детей, первая улыбка, первое слово, детский смех  наполняли сердце теплом и счастьем. Но рядом с радостью шла вечная усталость, бессонные ночи, хлопоты и заботы, постоянное ощущение долга перед близкими людьми.

Не стать обузой своим детям

    Ольга Ивановна прожила замужем двадцать лет и считала свой брак счастливым.     

    Но однажды её жизнь перевернулась с ног на голову. Муж, с которым она прожила столько лет, признался, что влюбился в другую женщину и хочет уйти из семьи. Женщина была потрясена и раздавлена. Она не могла поверить, что её мир рушится на глазах.

Сначала она была уверена, что её сердце навсегда останется разбитым, что боль от предательства мужа станет вечной раной, заживление которой невозможно представить. Её душа разрывалась на части, сомнения глодали изнутри, словно зловещий зверёк, постоянно шипящий: «Это конец, пути назад нет».

  Но однажды, погружённая в глубокую печаль, она прислушалась к совету любимой мамы, мудрой женщины, прошедшей сквозь бури испытаний семейной жизни и сохранившей верность своему супругу даже тогда, когда обстоятельства казались невыносимо тяжёлыми. Мама сказала: «Развод - это лёгкий путь, бегство слабых душ. Настоящая любовь требует мужества, терпения и великодушия. Если же мужчина, подаривший тебе радость материнства, тот самый человек, благодаря которому ты познала истинное счастье, почему ты должна отступать перед трудностями?»

Ночные слезы матери

    Ночь окутала дом мягким покрывалом тишины. Луна, словно бледный фонарь, освещала комнату, на старой кровати, укрывшись пледом, сидела Ольга. Её глаза были красными от слёз, а на лице застыло выражение глубокой печали. 

 Она вспоминала, как когда-то мечтала о счастливой семейной жизни. Но всё пошло не так. 

    Развод с мужем был для неё тяжёлым ударом. Она осталась одна с двумя детьми — сыном и дочерью. Ей пришлось взять на себя все заботы о семье. Работа, домашние дела, воспитание детей — всё легло на её плечи. 

На то я и мать

   Как-то я встретила подругу своей молодости. Сидя на вокзале,  мы вспоминали  годы своей юности, поговорили обо всем и пришли к выводу, что все события в нашей жизни, о которых мы мечтали,  уже произошли (или уже не могут произойти) и все, что нам теперь остается, – жить жизнью своих детей. К этому очень трудно привыкнуть. 

Подруга сказала: "В коллективе, где я работаю, на Новогоднем корпоративе мне предложили сыграть роль Бабы Яги. А врач недавно сказала: «В вашем возрасте давление и должно быть таким».

После непродолжительных шуток мы перешли к более серьезному разговору. 

Преодоление себя

        ( Продолжение жизненной истории, изложенной в рассказе "Израненная душа жаждет гармонии".)

 

    Тамиле казалось, что её жизнь захлопнулась в глухом, безысходном тупике, где даже слабый лучик надежды не способен пробиться сквозь плотную завесу отчаяния. Будто бы между её прошлым, ещё хранящим отголоски былых радостей, и будущим, пустым и пугающим, выросла неприступная бетонная стена - холодная, серая, безжалостная. Она давила своей тяжестью, высасывала последние силы, и казалось, что разбить эту преграду уже не под силу никому. Вокруг - лишь звенящая тишина и одиночество, а просить о помощи - всё равно что кричать в бездонную пропасть: никто не услышит, никто не протянет руку.

За её плечами - долгий, тернистый путь, выстланный слезами и молитвами, где каждый шаг был пронизан болью, но и освящён тихой надеждой. 

    Всё это время рядом с ней шёл чуткий, любящий, мудрый духовный отец - человек с сердцем, открытым для чужой беды, и взглядом, в котором светилась безграничная доброта. Его нежная опека и глубокое понимание стали для неё настоящим спасением.

 (Теперь он возведён в высокий сан епископа, и это событие наполняет её душу не только смиренной гордостью и тихой радостью, но и глубокой грустью.)

Но, как бы он ее не наставлял, как бы ни поддерживал, - переживать все жизненные испытания ей ведь все равно приходилось самой (конечно, с верой в промысел Божий). 

Каково быть мамой?

   Тема нашего разговора о жизни многодетных мамочек родилась после высказывания  Тамары Ильиничны, что, мол, как хорошо было бы, если бы ее внучка вышла замуж за священника.

   После непродолжительных дебатов Валентина Петровна, обратившись ко мне, сказала,  что недавно прочитала мой рассказ "Маски православной святости" и ей захотелось рассказать историю о жизни дочери ее подруги. 

Она спросила у меня, есть ли время выслушать ее рассказ о жизни многодетной молодой женщины, которая родила четверо детей-погодков, выйдя замуж за парня из глубоко верующей семьи.

И вот такое повествование я услышала:

Радости и боли материнства

    Сокровенная исповедь одной из моих знакомых звучит, как тихая, пронзительная мелодия о несбывшемся. Всего два коротких, стремительных года длился их семейный союз, но за это время они успели прожить целую маленькую жизнь. 

    С самого начала их знакомства было очевидно, что они - словно две разные вселенные, две непересекающиеся прямые, чьи представления о том, какой должна быть семья, казались полярно противоположными.

    Но в тот день, когда она надевала белое платье, её сердце отчаянно, до боли, хотело верить в чудо. Она верила, что их любовь окажется той самой силой, что способна растопить лёд непонимания и сгладить острые углы. Верила, что они смогут измениться, изогнуться навстречу друг другу, подстроиться под чужой ритм и стать единым целым. 

    Это была наивная, но такая трогательная надежда на то, что время - мудрый лекарь - исцелит их от юношеского максимализма и научит гибкости. 

    Возможно, так бы и случилось с годами... Но они не успели. Их история оборвалась на полуслове.

    И в этом кроется самая горькая ирония судьбы: вступая в брак, они оба были ослепительно, безрассудно молоды. Молоды настолько, что не успели набраться житейской мудрости и не научились главному искусству - искусству прощать и принимать другого таким, какой он есть. 

Молодые супруги

Прозрение

 Женщина средних лет и ее сын подросткового возраста вошли в вагон электрички и сели на места, расположенные в середине вагона. Мальчик сел у окна, мать – рядом с ним.

  Привлекали мое внимание к себе они тем, что путешествовали с большим дорожным чемоданом, что не совсем свойственно для пассажиров электричек.

   Как только электричка тронулась в путь, парень повернулся к окну и стал наблюдать за происходящими на перроне событиями. Причем, рассматривал он все с таким неподдельным интересом, что не обратить на него внимания было просто невозможно.

Мальчик у окна

Неподъемный камень, поселившийся в душе

   Монолог женщины, который я публикую ниже, похож на исповедь у священника. Рассказывая о своей судьбе, она как будто бы очищает душу от накопившейся боли.

    В монастырь Крестным ходом пришла группа паломников.
      Проходя по тропинке, я боковым зрением заметила женщину.
      Она одиноко сидела на траве, опустив голову, а по ее щекам текли слезы. Вся она выглядела какой-то несчастной, потерянной.
      Я хотела пройти мимо, но почему-то остановилась и подошла к ней.
      - У Вас что-то случилось? - спросила я.

Сила родительской любви

   Примерно в возрасте семнадцати лет у Валентины начался активный (но пока еще бессознательный) поиск истины, своей, собственной истины, расставляющей все «точки на «И» и объясняющей смысл жизни человека.

    Как она выразилась:

   - В том возрасте мне казалось, что пока я молода, то я живу лишь на черновик. Настоящая, осмысленная жизнь ждала где-то за далёким горизонтом, в туманном будущем. И в том, что юность дана, чтобы жадно „взять от жизни всё“, я не сомневалась ни единой минуты. Но даже сквозь этот юношеский угар пробивался робкий росток иного замысла: глубоко внутри я вынашивала клятвенное обещание самой себе: повзрослев, отбросив шелуху, я непременно начну жить иначе - достойно и благочестиво.

  Это было время мучительного раздвоения: с одной стороны - пьянящий зов молодости и желание испробовать все запретные плоды, а с другой - строгий внутренний цензор, который уже чертил контуры будущей, правильной и честной жизни.

Добрый Владыка

/В основу рассказа взята история, рассказанная женщиной, но, с небольшими изменениями ее биографии/ 

     Светлая Седмица. Четверг.

  Я просыпаюсь в ощущении ожидания счастья от предстоящей встречи…

  Моя душа трепещет от обуревающей ее радости, хотя поспать прошедшей ночью мне удалось не более двух часов…

   Накануне, на вечерней службе, во время исповеди, я рассказала священнику, что готовлюсь завтра причаститься из рук своего духовного отца (бывшего игумена, возведенного в сан епископа), по которому неимоверно соскучилась… 

    Исповедовав грехи, я спросила о возможности уделить мне несколько минут на краткую беседу. 

    Я  рассказала о том, что в моей душе зародилось что-то вроде обиды: ведь мой духовник, уехав к своему новому месту служения, ни разу не поинтересовался тем, что творится в моей душе. Он даже не догадывается, как трудно стало мне жить без его постоянного духовного руководства. Раньше я имела возможность подойти к нему хоть каждый день, могла рассказать о проблемах, спросить совета. Причем, я беспрекословно следовала его наставлениям, всегда была готова (чем могла) послужить ему.

Монах

Вернуться бы хоть туда, откуда упал

        К православному старцу стояла толпа людей.

    Мужчина средних лет по несколько раз прокручивал в мыслях свой главный вопрос: «Как вернуть покой на душу?»

    Хотелось в нескольких предложениях изложить саму суть проблемы, чтобы не отнимать у такого уважаемого человека много времени.

    Раньше у Андрея Николаевича было всё: строительный бизнес, собственный отель, престижный автомобиль; он был окружён надёжными друзьями, красивыми молодыми девушками, и, как ему казалось, всё было более, чем стабильно.

    Два года назад он потерял свой собственный бизнес: конкуренты выкупили его компанию. Чтобы покрыть долги перед застройщиками, пришлось продать отель и автомобиль. Жена ушла к другому мужчине (брак был вторым, жена моложе на 15 лет, общих детей не было). 

Наша бабушка, как жила тихо, так и умерла тихо.

Бабе Ане (в молодости - Анне Николаевне), исполнилось 78 лет. Почему то с тех пор, как она вышла на пенсию, в деревне её все стали называть баба Аня. Может потому, что у  них с мужем, первых в деревне, появились внуки...      Деревушка была маленькая, вымирающая: жителей становилось всё меньше,  молодёжь давно выехала в соседние города.

Жизнь женщина прожила нелёгкую. Семья жила в небольшом домике. Муж работал бригадиром в совхозе, материальный достаток,  правда, был неплохим, но трудились очень тяжело. Вели большое домашнее хозяйство. Детей вырастили троих: два сына и дочку.

У меня душа в пятки ушла!

Мы ехали в рейсовом автобусе из Новогрудка в Барановичи.

На переднее сиденье села молодая мама с двумя маленькими детьми: одному лет пять, второму лет восемь.

Сон об усопшей матери.

       О родных и близких необходимо помнить и заботиться всегда.

    Очень важно ещё при жизни  родителей  успеть отдать им должное. 

  Однако, если осознание пришло с опозданием, необходимо обязательно поминать усопших сродников в церкви: подавать записки.

    Одна женщина рассказала сон. У неё мать умерла уже давно. Первые годы женщина часто подавала записочки о упокоении души матери. А с годами всё реже стала ходить в храм. 

    Про себя рассуждала так: «Мама умерла по возрасту. Все смертны. У меня не такой большой достаток, чтобы отдавать лишнее в храм. Дети вот выросли. Проблем добавилось. Буду подавать записки о здравии (о живых).»

    И вот приснился ей сон. 

Приснилась мать