(Ниже, после моего рассуждения, вы можете послушать песню "Мама, что ты плачешь?" в исполнении моей невестки Ольги Цвентух (Госсен), в сопровождении слайд-шоу.)
Мама - единственный человек во всем белом свете, чья душа принимает своих детей целиком, без остатка. Она любит их не за таланты, красоту или успехи, а вопреки всему: просто за то, что они есть на этой земле.
Эта великая связь зарождается задолго до первого крика, в самом сокровенном таинстве бытия - под материнским сердцем.
Её любовь подобна бескрайнему океану с соленым привкусом слез радости и усталости. В её сердце всегда найдется самая теплая гавань для каждого из детей, сколько бы их ни было подарено ей небесами. Для неё нет старших или младших, любимых чуть больше или чуть меньше - каждый занимает свою единственную, неповторимую нишу в этом огромном любящем пространстве. Каждого она окутывает незримым покровом своей нежности, каждому дарит частичку своего внутреннего света.
Она прощает детям всё: горькие слова, брошенные сгоряча, периоды отчуждения, долгие годы молчания и самые тяжелые раны, которые дети порой наносят ей по неосторожности или глупости. Её обиды тают от одной лишь искренней улыбки, потому что её великодушие сильнее человеческой боли. Материнское сердце соткано из удивительного материала - оно умеет заживлять свои шрамы само, лишь бы только детям было хорошо.
Это - слепящая, жертвенная святость. Тихий подвиг длиною в жизнь, который дети часто принимают, как данность, до тех пор, пока мама не уйдет в мир иной.
И тогда им становится страшно от осознания простого факта: никто и никогда не будет молиться за нас так горячо у икон, ждать бессонными ночами у окна и благословлять дрожащей рукой перед дальней дорогой. Никто не станет той самой путеводной звездой, чей свет виден даже сквозь самую непроглядную тьму.
 |
| Слёзы матери |
Бывает, женщина очень мечтает о рождении дочери (некоторые считают, что дочери к матери ближе, чем сыновья), и ей кажется, что если
родится сын, то она не сможет его полюбить так, как любила бы дочь. Однако, как
только ребёнок рождается, - его пол уже не имеет никакого значения.
В моей молодости никто даже не думал узнавать пол ребёнка заранее. Это был настоящий подарок судьбы, неожиданный и волнующий. Каждая беременность превращалась в захватывающее приключение, полное загадок и предвкушений. Мы готовились ко всему, не зная, кого ждать — мальчика или девочку. И именно эта неизвестность делала момент рождения поистине волшебным.
Одна моя добрая знакомая, с глазами, полными слез, рассказывала о тех оглушительных, наполненных первородным страхом днях перед родами. Время тогда словно остановилось.
Все долгие девять месяцев она грезила о девочке, носила эту мечту глубоко внутри, как самую хрупкую драгоценность. Она мечтала о своей маленькой, живой зеркальной копии - такой же белокурой (тогда в особой моде были блондинки), с такими же озорными ямочками на щеках и россыпью трогательных веснушек.
Ей виделось, как однажды они станут самыми близкими подругами во всем мире. Как будут делиться сокровенными секретами за чашкой вечернего какао, пряча их от чужих глаз. Как будут часами колдовать над непослушными волосами, заплетая тугие пшеничные косички с пестрыми лентами, которые так сладко пахнут детством. А долгими бессонными ночами, укрывшись с головой одним одеялом при свете тусклого ночника, будут шептаться обо всём на свете - о первой любви, о самых заветных желаниях, доверяя друг другу то, что не доверишь ни одной душе на земле.
Мысль о том, что на свет может появиться мальчик, вызывала у неё глухую, тягучую тоску. Она отчаянно не хотела сына - внутри всё сжималось от нежелания впускать в свою жизнь это непослушное крошечное мужское создание.
Перед её глазами всегда стоял живой, мучительный пример - старший брат. Он рос настоящим неукротимым сорвиголовой: колючим, дерзким и абсолютно непроницаемым для родительских просьб.
Его школьные годы превратились для их семьи в бесконечную череду горьких разочарований: он с трудом переползал из класса в класс, равнодушный к наукам, пряча дневник, пестрящий жирными «двойками» и гневными записями учителей. Его подростковая угловатость граничила с жестокостью, а вечное сопротивление любому порядку казалось просто невыносимым.
Родителям было до слёз мучительно, до сердечной боли стыдно за него перед соседями, учителями и дальними родственниками. Эта многолетняя пытка ожидания очередного скандала вычерпала их без остатка, посеребрив материнские виски преждевременной сединой раньше времени.
В памяти моей знакомой навсегда отпечаталась эта гнетущая картина: поникшие отцовские плечи, тихие ночные рыдания матери на кухне и тяжелый осадок бессилия, висящий в воздухе квартиры плотной завесой.
И теперь сама мысль о том, чтобы добровольно повторить этот извилистый путь, вырастить такого же ершистого, закрытого буяна и снова смотреть, как твое сердце рвут на части его выходки, казалась ей настоящей катастрофой.
Ей хотелось мягкости, послушных локонов и той звенящей душевной близости, которая возможна только между матерью и дочерью.
Но судьба распорядилась иначе. Когда врач объявил: "У вас мальчик!", её мир на мгновение замер. Страх охватил её душу: "Смогу ли я любить сына так же сильно?"
Но вот он появился на свет, крошечный комочек тепла и нежности. Его первый крик разорвал тишину палаты, и в этот миг всё изменилось. Она взяла его на руки, почувствовала тепло его тела и увидела в его глазах отражение бесконечной любви. Пол перестал иметь значение. Теперь она знала, что мать не выбирает пол ребенка, она выбирает любовь.
Во вторую беременность Анна мечтала, чтобы родился сын, потому что старшему мальчишке был жизненно необходим верный братишка: будущий закадычный товарищ для постройки неприступных шалашей из одеял, надежный напарник в шумных битвах на деревянных саблях и вечный соучастник тех озорных проказ, которые так пугают взрослых.
Ей самой эта мужская дружба казалась чем-то недостижимо-прекрасным, почти сказочным. В её собственной памяти зияла тихая пустота: с родным братом они всегда были словно обитатели разных планет, разделенные невидимой ледяной стеной. Их общение сводилось к скупым кивкам при встрече в коридоре родительской квартиры; между ними никогда не было той сокровенной теплоты, доверительных ночных разговоров по душам или ощущения крепкого плеча рядом. Это было лишь холодное общение людей, связанных общей фамилией.
Анна мысленно отпустила свою хрустальную, бережно хранимую годами грезу о дочери. Чувствуя под сердцем толчки новой жизни, она приняла это как свою смиренную женскую судьбу. Она согласилась навсегда распрощаться с мечтами о заплетании шелковистых косичек, примерке одинаковых кружевных платьиц и той звенящей, почти сестринской близости, когда можно шептаться до рассвета, делясь самыми потаенными секретами. Ради искрящихся от счастья глаз старшего сына она была готова укротить эту тихую тоску, спрятав её на самое дно души. Главное - чтобы у её маленького сына появился свой самый первый, настоящий друг.
Она готовилась к появлению второго мальчика, покупала голубенькие вещи и придумывала имена. Однако природа снова преподнесла сюрприз. Родилась девочка. Маленькая, хрупкая, с тоненькими ручонками и ножками. Дочь назвали Катей.
Первые годы жизни Кати были наполнены радостью и беззаботностью. Девочка росла умненькой и послушной. Но постепенно характер Кати начал меняться. Она стала замкнутой, капризной и раздражительной.
Подростковый возраст стал настоящим испытанием для всей семьи. Катя постоянно конфликтовала с родителями, прогуливала школу и заводила сомнительные знакомства. Анна переживала каждый ее поступок, плакала ночами и молилась о благополучии дочери. Жизнь Кати сложилась непросто. Она столкнулась с трудностями, которые сломали ее дух.
Анна страдала вместе с дочерью, пытаясь поддержать ее и направить на верный путь.
Этот опыт заставил Анну задуматься о том, какой пол ребенка лучше. Она поняла, что счастье и благополучие детей зависят не от пола, а от множества факторов, включая воспитание, окружение и личные качества.
Каждый ребенок уникален и требует индивидуального подхода. Главное - любить своих детей такими, какие они есть, и поддерживать их в любых ситуациях.
В настоящее время пол ребёнка не имеет особого приоритета, но в истории были времена, когда женщина, родившая сына, пользовалась особым уважением.
В былые времена в русской деревне мать мальчика гордилась сыновьями больше, чем дочерьми, так как у них было больше социальных возможностей. Сыновья женились, а дочерей - пристраивали. Именно сын воспринимался, как продолжатель рода, носитель фамилии, наследник ремесла, ему передавались земли, имущество.
Наконец, сын - защитник Отечества.
Мужчинам, с детства прививали благородство, ответственность, честность, порядочность, справедливость.
В старости помощь и поддержку матери раньше оказывали именно сыновья. Они были надеждой, гордостью и обеспечивал матери содержание в старости. Кроме этого, женщина-мать, родившая сына, получала перспективу иметь под своим руководством невестку, и хотя бы в позднем возрасте обрести власть и авторитет, которых была лишена, когда сама «ходила в невестках (то есть под началом своей свекрови).
Теперь другие времена: невестки редко живут под одной крышей со своими свекровями, а «дохаживают» мать в старости, как правило, дочери, а не невестки.
Не так давно я читала статью, в которой исследованы исторические факты и сделан вывод, что сыновья более трепетно относятся к матерям, чем дочери (не без исключений, конечно; но, исключения имеют место быть во всех вопросах жизни).
Сыновья чаще воспевают мать в стихах, в рассказах, изображают их на картинах…
Исторически доказано, что и матери больше переживают за сыновей, чем за дочерей.
Каждая мама сама была девочкой, дочкой, невесткой, сама рожала, сама по-женски страдала... А вот с сыновьями немного сложнее. На их долю выпадают другие, мужские испытания…
Быть матерью - это очень большая ответственность и тяжёлый труд.
Невозможно представить, сколько бессонных ночей, сколько переживаний выпадает на долю каждой матери! Сколько слёз пролито, сколько молитв прочитано! Нынче время непростое, жестокое.
Какую материнскую и сердечную силу надо иметь, чтобы пережить беды, выпадающие на долю детей, чтобы облегчить боль от ударов судьбы?!
Давайте на мгновение остановим этот безумный бег, оглянемся по сторонам и всмотримся в лица прохожих. Давайте не отведем поспешно взгляд, встретив печальную, согбенную под невидимой тяжестью женщину - ту самую несчастную мать с потухшим взором. Остановимся и попробуем заглянуть в зияющую бездну её измученной души.
Попробуйте только представить, что она чувствовала, когда переживала несправедливые, хлесткие унижения, ядовитые уколы предательства и жестокие издевательства над своим сокровищем - сыном или дочерью… Когда чужое осуждение падало на неё градом острых камней лишь за то, что жизнь её ребенка пошла под откос.
И я думаю, что многим из нас станет мучительно, до слез стыдно. Стыдно за свою глухую черствость, высокомерное равнодушие и брезгливую жалость. За то, как легко мы вешаем безжалостные ярлыки «неудачник» и «пропащий», даже не пытаясь понять глубину чужой трагедии.
Ведь точно так же, как холят и лелеют своих отпрысков богатые, влиятельные родители успешных, обласканных судьбой чиновников, эти женщины любят своих детей. Тех самых, чьи судьбы затянуло в мутные, безрадостные водовороты жизни: тюрьмы, пагубные зависимости или беспросветную нищету. Они любят их всё так же безгранично, исступленно и слепо. Для материнского сердца нет разницы между шелковым пиджаком преуспевающего адвоката и тюремной робой оступившегося человека - там, под одеждой, всё так же бьется родная кровь.
Их любовь не измеряется званиями, банковскими счетами или общественным одобрением. Она просто есть - тихая, вечная, пронзительная.
Эти матери тоже проводили бесконечные ночи без сна в немом дежурстве у окна. Тоже заходились от беззвучных рыданий в жесткую подушку, чтобы никто не видел их слабости. Тоже часами сидели у телефона, страдая от каждого гудка тишины, ждали хоть какой-то весточки, верили вопреки всему и молились темными образам о чуде. В каждом тревожном сне они видели одну и ту же светлую картину: как их дети вырастут, расправят крылья и станут по-настоящему счастливыми, крепкими, здоровыми и успешными... Эта хрустальная мечта никогда не умирает в материнской груди, даже если реальность давно обожгла её своим ледяным дыханием.
Далее песня "Мама, что ты плачешь?" в исполнении Ольги Цвентух (Госсен)
В моём блоге вы можете прочитать рассказы из жизни, о паломничестве в Лавришевский монастырь, послушать другие песнопения в исполнении Ольги Цвентух.
Кликнув по картинке ниже, вы перейдёте в рассказ:
Справка по навигации по блогу опубликована по ссылке ниже:
Комментариев нет:
Отправить комментарий