Добрый Владыка

/В основу рассказа взята история, рассказанная женщиной, но, с небольшими изменениями ее биографии/ 

     Светлая Седмица. Четверг.

  Я просыпаюсь в ощущении ожидания счастья от предстоящей встречи…

  Моя душа трепещет от обуревающей ее радости, хотя поспать прошедшей ночью мне удалось не более двух часов…

   Накануне, на вечерней службе, во время исповеди, я рассказала священнику, что готовлюсь завтра причаститься из рук своего духовного отца (бывшего игумена, возведенного в сан епископа), по которому неимоверно соскучилась… 

    Исповедовав грехи, я спросила о возможности уделить мне несколько минут на краткую беседу. 

    Я  рассказала о том, что в моей душе зародилось что-то вроде обиды: ведь мой духовник, уехав к своему новому месту служения, ни разу не поинтересовался тем, что творится в моей душе. Он даже не догадывается, как трудно стало мне жить без его постоянного духовного руководства. Раньше я имела возможность подойти к нему хоть каждый день, могла рассказать о проблемах, спросить совета. Причем, я беспрекословно следовала его наставлениям, всегда была готова (чем могла) послужить ему.

Монах

  Батюшка, выслушав мою исповедь, дал совет:

   – Вы слишком привязались к своему духовному отцу. Вы «подсели» на его ласковость к вам. Всем сердцем можно любить только одного Бога, а духовный отец лишь проводник к Богу. Получается, что путеводителя ко Христу вы поставили на место Христа.

   В те времена, когда Владыка, будучи игуменом, служил в нашем монастыре, я со стороны наблюдал за вашими отношениями. Вы почти преследовали его. Вы не думали о том, что попусту отнимали у него и силы, и время.

    Монашеская служба только со стороны кажется легкой, а на самом деле она очень тяжела и требует напряжения и сил. Вы, не спрашивая у него: располагает ли он временем, требовали, чтобы он выслушивал вас. 

  Ведь игумен монастыря был призван служить всей пастве, а не только вам. Вы не задумывались о том, что ему необходимо время для молитвенного труда, для попечительства о множестве других страждущих людях. По отношению к своему духовному отцу вы были расточительницей его времени.

  Вы, как и многие другие, были пленены очарованием  игумена, увидев в нём не просто мудрого пастыря, а как будто бы чудо-человека, обладающего даром прозрения и исцеления от всех бед. 

    Восхищение людское - тяжелейший соблазн для монаха, ибо гордыня может незаметно затуманить его сознание и заставить считать себя выше, чем на самом деле. 

  Вместо терпеливого собственного труда над душой, вы возлагали надежды на личность другого человека, полагая, что именно он обладает всеми ключами к избавлению от ваших тревог и невзгод.

  Человеческие добродетели прекрасны сами по себе, но истина заключается в том, что любой добрый наставник способен лишь направить на верный путь, а конечный выбор нужно делать самому.

    Лично я в душе благодарен тем людям, которые ограничивают встречу со мной немногими, но важными, словами. И негодую в случаях, когда, например, незнакомые женщины приезжают в монастырь, как будто бы для того, чтобы рассказать свои тревожные  сны! 

    Мне тогда приходит мысль: «Пришла, как к своей соседке,  болтает, как со сплетницей на улице".

    Такое поведение вызывает у меня внутренний ропот и недоумение:  неужели в монастырь приезжают,  чтобы перемыть косточки другим людям или обсудить повседневные мелочи жизни?

    Выслушав наставления батюшки, я сказала:

   – Слушая вас, я еще больше оценила качества своего бывшего наставника. Он был очень терпелив и деликатен со мной.

     Придя после этой вечерней службы домой, я не могла уснуть.

  Рассуждая о своей исповеди, над размышлениями батюшки, для себя я сделала вывод, что моя завтрашняя встреча с духовным отцом – это возможность или духовно обогатиться, или разочароваться.

     Наступило долгожданное утро…

      Я вхожу в храм.

  Первое, на что обращаю внимание, - возвышение посреди храма: архиерейский амвон, (обычно его называют кафедрой), на который вскоре встанет дорогой моему сердцу Владыка… после того, как  войдет в свой родной храм.

  Я непроизвольно прохожу в центр храма, мысленно предвкушая встречу с дорогим человеком, и теша себя тем, что хотя бы во время службы смогу постоять рядышком... 

  Потом я начинаю волноваться  (как это обычно бывает перед очень важной встречей)… По моему телу неожиданно проходит озноб… который постепенно переходит в страх: «Как это возможно? Кто я такая, чтобы стоять на службе рядом с Архиереем?»

  И я тут же  отхожу в сторонку… продолжая наблюдать за происходящим в храме…

  Замечаю, как начинают суетиться монахи, выстраиваясь в два ряда у входа в храм, люди тоже рассредотачиваются по храму, отступая от центрального входа…

  В храм входит епископ в сопровождении иподиаконов. 

Владыка Евсевий

 Я начинаю ощущать какую-то особую благодать: энергию, исходящую, как мне кажется от Бога, потому что она разливается в моей душе особой радостью... В душе поднимается волна возвышенной сладостной теплоты,  сердце трепещет, словно птица, готовая воспарить в небеса.

    Глаза  вдруг увлажняются, слёзы  медленно стекают по щекам,  давая выход глубокой внутренней боли и невысказанной благодарности. 

   Эти слёзы невозможно удержать волею, ибо их источник лежит за пределами сознательного контроля. 

    В моём сознании  одна мысль сменяет другую... Появляется желание жить праведнее, стать чище и ближе к Богу...

  После возгласа «Ис полла эти, дэспота!» слезы начинают течь ручьями… Я пытаюсь их сдержать, но не могу.       

    Владыка служит сосредоточенно, очень проникновенно, спокойно и четко. Величественные, неторопливые жесты, ничего лишнего. Слышно каждое его слово, хотя говорит он негромко. Неповторимый тембр, очень мягкий и мелодичный.

     И… очень добрые, полные любви, отцовские глаза…

 Я смотрю на него, не отводя взгляда…  Мне неловко. По моим щекам непрестанно текут слезы… Их вытекает столько, что в момент, когда наступает время Причастия, я понимаю, что причаститься сегодня я не смогу… из-за бесконечного потока слез.

    Встреча с самым добрым Владыкой с глазу на глаз в этот день, конечно, была. Она была мимолетной и очень проникновенной: в момент, когда я подошла к Кресту. 

  Взгляд Владыки был  наполнен божественной добротой и всепрощением, точно луч солнца, проникающий сквозь густые облака.     Всего несколько секунд продолжался этот молчаливый диалог, наполненный смыслом и невидимой силой.

  Когда эта необыкновенная служба подошла к концу, я, переполненная благодатью, вышла из храма…

  В моей памяти стали воспроизводиться картинки нашей первой встречи, которая состоялась более десяти лет назад.

  Это был  очень трудный период моей жизни: время, - когда я  понимала, что из-под моих ног, в буквальном смысле, уходит земля…

  По человеческим меркам у нас  была вполне благополучная семья: муж, я и двое сыновей.  Мы считались православными, но про Бога вспоминали на Рождество и Пасху и, то с подачи родителей.

  Старший сын, который в школе учился хорошо (и без посторонней помощи поступил в университет), попробовав спиртное, покатился "по наклонной"... На третьем курсе его отчислили. 

 В это же время мой муж нашел себе другую женщину. 

 Я осталась одна на один с проблемами, не зная, что меня поджидает еще один «сюрприз»: младший сын «влезает» в долги...

  Находясь в безысходности, я  отчаянно начала  искать Бога, чтобы с Его помощью как-то выбраться из жизненной паутины.

  Я стала ходить в православную церковь: молилась Богу, ставила свечки, заказывала сорокоусты "о здравии". Перечитала массу эзотерической литературы, где я пыталась найти ответ на вопрос: почему это произошло с нами? Ответа не было.

   Перед поездкой в монастырь я ездила по храмам, ходила на исповедь к разным священникам.

  Каждый раз, выходя из церкви, я чувствовала особую радость и облегчение, хотя какая-то неясная неудовлетворенность продолжала терзать мою душу.

  Однажды, на одной из очередных утренних служб, случилось событие, оставшееся надолго в памяти. Молодой батюшка, выслушав на исповеди  рассказ   о моём впечатлении от последнего паломничества, взглянул на меня внимательным, чуть строгим взглядом и тихо произнёс: «Есть ли у вас духовный отец?»

    Этот неожиданный вопрос прозвучал словно гром среди ясного неба. Впервые почувствовав свою никчемность из-за отсутствия  наставника-пастыря, я ощутила лёгкую растерянность.

    С тех пор внутри поселился голос сомнения и тревоги, настойчиво повторяющий: «Надо непременно обрести духовного руководителя, я иначе не смогу уверенно идти дорогой спасения».

  Этот внутренний зов постепенно перерос в твёрдое решение: обязательно найти человека, чей пример вдохновит на преодоление греховных страстей.

 Я стала присматриваться к священникам, но, того, кого бы я могла назвать своим «отцом», я не встречала. Поэтому со временем я решила, что можно обойтись и без него.

  Долгие месяцы я скиталась по монастырям и храмам, пытаясь утолить голод души, стучащейся в поисках истины. Моё сердце было открыто, но не находило нужного отклика, пока судьба не привела меня к маленькому монастырю, о котором ходила молва, что им руководит   необыкновенно чуткий и мудрый пастырь.

   Первый мой приезд в монастырь  оказался в этом смысле  (в поисках проводника к Богу) последним.

   На то время игумен монастыря, выслушав историю моих странствий,  внимательно посмотрел на меня своими проницательными глазами, увидел глубокие следы сомнений и страхов, мягко попросил рассказать о пережитом мною духовном пути.

  Я рассказала ему обо всём, что накопилось в моём сердце: страхах, сомнениях, желании обрести твёрдый ориентир в хаосе современной жизни. 

    Батюшка слушал спокойно, кивая головой, смотрел прямо в глаза, словно читая суть моих мыслей. 

  Когда я, слегка смущённая собственным несовершенством и шаткостью веры, закончила повествование, он произнес тихим голосом, полным уверенности и сострадания: «Я верю в ваше спасение.» 

    Эти слова  тронули моё сердце гораздо сильнее, чем роскошные проповеди известных проповедников. Из-за тембра его голоса, полного чистоты и неподдельного участия, возникло стойкое чувство защищённости. 

    Простота и сила этих слов поразили меня до глубины души. Для меня это был не пустой звук, не формальная фраза - слова прозвучали, как эхо истины, отозвавшееся в самом сердце. 

  Я поняла, что нашла того, кто искренне желает мне добра и бескорыстно поддерживает меня в поиске смысла жизни. 

  На протяжении многих последующих лет эти золотые слова  возвращали мне спокойствие и убеждённость всякий раз, когда я сталкивалась с новыми препятствиями и трудностями. 

   Когда я нашла  духовного отца, я поняла, что я не одинока в этом суровом мире.

В моём блоге вы можете прочитать рассказы из жизни реальных людей,  о паломничестве в Лавришевский монастырь.

Кликнув по картинке, вы перейдете на новый рассказ:

Сила родительской любви

"Наша бабушка, как жила тихо, так и умерла тихо"